Гетти грин — ведьма с уолл-стрит

Гетти Грин (биография) – самая богатая и жадная Ведьма с Уолл Стрит

Женщина, носившая для экономии единственное платье и не купившая игрушек собственным детям.

Уникальное сочетание интуиции, математических способностей и навыков прогнозирования позволили Гетти Грин (Hetty H. Greene) стать самой богатой женщиной в мире, даже в пересчете на текущий современный курс.

Узнайте на чем можно сэкономить и решите, готовы ли вы сейчас открыть биржевые сводки, чтобы в будущем приобрести миллионы.

Биография Гетти Грин (Хронология)

21 ноября 1835 года –родилась Генриетта Хаулэнд Робинсон в городе Нью-Бедфорде, штат Массачусетс. Отец Эдвард Мотт Робинсонн (1800-1865) и мать Эбби Хаулэнд (1809-1860) состояли в Религиозном обществе друзей и владели китобойным промыслом.

1841 год – в 6 лет начала читать биржевые сводки по просьбе отца, у которого было плохое зрение и увлеклась аналитикой.

1848 – в возрасте 13 лет стала вести учет в бизнесе семьи.

1850 – обучение в бостонской школе.

1864 – умер отец и Гетти наследует $7,5 млн.

1867 – подделывает завещание тети.

11 июля 1867 – вышла замуж за Эдварда Генри Грина, чтобы спасти себя от тюрьмы, предварительно подписав с ним брачный контракт. Уезжают в Лондон.

23 августа 1868 – родился сын Эдвард Хаулэнд Робинсон, которого называли «Нэд» Грин и 7 января 1871 дочь Сильвия Анн Хаулэнд Грин.

1875 – Грины возвращаются в Нью-Йорк.

1885 – Банкротство мужа, развод.

3 июля 1916 умерла на пороге собственного дома.

Состояние

Согласно завещанию отца, в 31 год стала наследницей $7,5 млн. наличными (107 млн долларов в перерасчете на наши дни). Китобойный промысел отец завещал своим братьям, но Грин он не интересовал.

На дату смерти состоянии Гетти Грин в современных деньгах равнялось 200 млн долларов (по переоценке на наши годы, это 4,3 млрд долларов). Владела 8 000 земельными участками с домами.

Собственного жилья не имела, в гардеробе было одно платье, которое менялось, когда совсем приходило в негодность, так же, как и белье. У нее не было транспорта, теплой одежды, постоянно искала самые дешевые продукты в городе, и сама занималась стиркой. Причем такое же отношение было и к детям. Ее скупость стала легендарной.

Все состояние было в наличных, ценных бумагах, долговых расписках, недвижимости.

Еще в 1900 году, когда доход средней американской семьи в год не превышал 500 долларов, скряга зарабатывала 7 миллионов.

Жадность Гетти Грин

Так, крайне редко меняла нижнее белье – только когда то полностью изнашивалось, никогда не пользовалась горячей водой, ведь в то время она была дорога, постоянно ходила только в одном платье. Когда она нанимала прачку, настаивала на том, чтобы та стирала лишь подол платья и грязные пятна, чтобы сэкономить мыло.

Прочитанные газеты заставляла сына продавать снова, а если не получалась, то подкладывала под одежду себе и детям чтобы сэкономить на покупке теплых вещей.

Прививала бережливость и детям, каждую неделю брала с собой на рынок, где торговалась за каждую копейку, покупала поломанное печенье, потому как оно стоило дешевле.

Каждый цент Гетти вкладывала в бизнес.

Использование горячей воды считала расточительством.

Когда её сыну было 11 лет, он повредил ногу, катаясь на санках. Она имела деньги на то, чтобы обратиться к лучшему доктору страны, вместо этого – оделась в самую убогую одежду и направилась в клинику для бедняков с тем, что по возможности, не платить вообще.

После того, как врачи её узнали и в бесплатном обслуживании было отказано, покупала самые дешевые примочки в аптеке, чтобы он прикладывал их к больному месту. Позже у мальчика развилась гангрена и ногу пришлось ампутировать. Мать испытывала чувство вины и стала больше времени уделять бизнесу.

Себе тоже не выделила 150 долларов на операцию грыжи и мучилась от болей до смерти.

За всю свою жизнь, Гетти Робинсон Грин не пожертвовала ни единого цента. Не платила налоги, для нее была неприемлема одна лишь мысль – отдать что-то государству.  Сюрпризом стало для нее принятие единого подоходного налога на прибыль в 1913 году, во время рассмотрения которого не раз вспоминалось её имя. Никогда не имела автомобиля.

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

Получив разрешение на ношения оружия, «ведьма с Уолл-Стрит» никогда не расставалась со своим револьвером, пребывая в постоянном страхе покушения. Так, даже отправляясь в гости, брала с собой еду, чтобы не быть отравленной.

[/su_box]

Лишь в старости завела себе собачку, назвав прозвищем сына «Нэд», которой бесплатно выпрашивала кости в мясной лавке, но питание животного признавали лучше, чем у хозяйки.

Ведьма с Уолл-стрит

Воспитанием девочки с 2 лет занимался дед из-за постоянных болезней матери. Он научил ее читать по финансовым сводкам и считать по отчетам бухгалтера. В 13 лет занималась бухгалтерией и экономила семейные деньги, которые тратили на услуги специалиста.

Образование Гетти заключалось в 12-месячных курсах бухгалтера, так как с бостонской школы ушла из-за своего поведения не получив аттестата. Не умея жить в обществе, постоянно провоцируя скандалы и драки со сверстниками, Грин не понимала цели обучения.

Считать научилась феноменально до школы, лучше любого компьютера, которые появятся после ее смерти только через 100 лет, а другие направления девочку не интересовали вовсе.

С детства зарабатывала наравне со взрослыми членами семьи – вела учет, ловила и продавала рыбу, организовывала экспедиции китобойного флота отца, руководила постройкой доков.

Гетти не видела перспектив в семейном бизнесе, так как на популярность китового жира, который применялся для обогрева и освещения помещений, а также в промышленности повлияло появления керосина.

С одной стороны, технический прогресс привел к спасению популяции китов, который уничтожались в огромном количестве, с другой – окончанию семейного бизнеса.

Торговля с Китаем тоже больших доходов не предвещала.

Перспективы юная леди видела только на фондовом рынке и мечтала переехать в большой город, что произошло только после смерти матери.

Фондовый рынок стал призванием – она умело прогнозировала изменения курса акций, знала, куда надо вложить, чтобы получить доход. Многие участники биржи повторяли ее действия, чтобы заработать, так как все сделки были прибыльными.

После нескольких лет успешной торговли появилось прозвище «Ведьма с Уолл-Стрит» из-за невероятных способностей предугадывать рост и падение ценных бумаг, цен на недвижимость, перспективных направлений в экономике.

По другой теории считают, что свое прозвище она получила в почтенном возрасте. Каждый день она ходила в банк, где встречалась с заемщиками, которые не могли взять кредит в банке. Обычный образ – черный плащ, шляпа с вуалью, злое лицо и резкая походка. Фотография, которую сделал один из журналистов, очень напоминала сказочный зловещий образ.

Карьера

Первые вложения Гетти (или как еще встречается – Хетти Грин) сделала еще в детстве, когда открыла счет в банке и носила на него каждый цент, сэкономленный на покупках и заработанный за выполнение поручений родственников.

В возрасте 19 лет отец отправил дочь в Нью-Йорк на всю зиму выделив ей 1000 у.е. на «наряды и дамские штучки», Гетти вернулась в старом платье и стоптанных башмаках, крепко прижимая к груди пакет бумаг – банковские акции.

Поговаривали, что Гетти по несколько раз использовала столовые салфетки. Если на них не было пятен, они взбрызгивались водой и гладились. Свечи из жира кашалота, считавшиеся дорогим продуктом, во время редких приемов у себя дома, тушились еще до того, как разойдутся гости. На следующий день, Грин продавала остатки от них.

После смерти матери в 1860 году вместе с отцом они переехали в Нью-Йорк, который всегда привлекал будущую грозу Уолл-Стрит, так как в нем было больше возможностей для заработка.

Все полученные по наследству от отца средства, умершего в 1865 году, дочь вложила в облигации займов Гражданской войны 1861-1865 и активно занялась торговлей на фондовой бирже.

В 1867 году умерла тетя и Гетти рассчитывала получить наследство, являясь единственной племянницей. Разочарование настигло в день оглашения завещания – из $2 млн.

только 65 000 в год полагались ей, остальное отдано на благотворительность и малознакомым людям. Юная леди подделала завещание, по которому все должно было стать ее и начала многолетнюю судебную тяжбу.

Экспертиза установила обман и, чтобы избежать судебного преследования, она выходит замуж и уезжает в Лондон.

Гетти занялась валютной торговлей на фондовой бирже и правильно рассчитала возможности американской экономики после Гражданской войны, спекулировала на курсе долларов и фунтов. За первый год доход составил $1,25 млн. На полученные за 10 лет 650 000 тетиного наследства были куплены облигации.

Главной ошибкой в бизнесе было вложение в железнодорожное сообщение. Это было перспективное направление, однако интересы Грин пересекались с главным конкурентом Хантингтоном, который помимо денег мог еще влиять на администрацию штата, поэтому все суды за купленные участки были проиграны и в этот бизнес средства больше не вкладывались.

В 1875 году срок давности иска по делу о фальсификации истек. Грины вернулись в США и продолжили заниматься инвестиционной деятельностью. Супружеская пара поселилась в самом дешевом номере самого дешевого отеля, который только можно было сыскать.

Дела супруги вели параллельно, не пересекаясь на бирже и не советуясь между собой, как завела Гетти с момента подписания брачного контракта.

У Эдварда – были свои дела, у супруги – свои. Экономический кризис 1885 года, а также не грамотное управление капиталом сделали мистера Грина банкротом. Позже Гетти узнала, что он воровал ее деньги, и разъехалась с мужем. Эдвард остался в семейном поместье, Генриетта с детьми уехала в Нью-Йорк.

Все свои средства позже вложила в Chemical Bank и начала заниматься ростовщичеством. Так как экономила на аренде своего офиса, в банке ей предоставили рабочее место, и каждый день она ходила туда, чтобы одалживать деньги под залог недвижимости.

Таким образом, бизнес вела по двум приоритетным направлениям – ценным бумагам и кредитованию под залог, причем в обеспечение брала только ликвидную недвижимость в мегаполисах. Итогом сделок стали собственность целых кварталов в Чикаго, Нью-Йорк и других городах страны.

Пик инвестиционной деятельности был в 1907 году во время биржевой и банковской паники. Ценные бумаги упали в цене, стране нужны были наличные деньги. Миссис Грин ссудила действующим биржевым конторам и $1 млн. государству под залог облигаций, а также выкупала закладные по всей стране. Состояние «ведьмы» на фоне общей паники увеличивалось в геометрической прогрессии.

Все расчеты и операции она проводила лично, так же как и выбивала долги с недобросовестных заемщиков.

Одним из составляющих успеха, кроме точных расчетов эффективности вложений – наличие свободного капитала.

Личная жизнь

В 1867 году Генриетта выходит замуж за Эдварда Генри Грина, который был старше супруги на 12 лет.

Миллионер из штата Вермонт имел аристократические корни, возможно, рассчитывал на состояние невесты, но до регистрации вынужден был подписать брачный контракт.

Гетти сразу обозначила, что у каждого свои счета и супруг никогда, и ни при каких обстоятельствах не будет претендовать на ее имущество.

Так как у женщин в те годы было мало прав, супруг был нужен только для получения положения в обществе и права участвовать в торгах на фондовой бирже. Брак тоже был инвестицией.

Гетти Грин и её дочь Сильвия

Жених организовал роскошную свадьбу, оплатив все расходы. Супруги поселились на МанГеттене в семейном особняке Эдварда. Когда суд обвинил Гетти в подделке завещания тети и угрожал арестом Грины уехали в Лондон, где родились их дети.

Через 8 лет они вернулись в Штаты, чтобы переждать последствия финансового кризиса. Однако Эдвард стал банкротом в 1885 году, так и не сумев восстановить свое состояние. Супруги разъехались. Содержать и обеспечивать миссис Грин никого не собиралась.

Однако, надо отдать должное оплачивала медицинский уход за супругом до его смерти в 1902 году.

Рекомендованные для вас статьи:

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

Известная цитата Грин «Следует всегда дешево покупать, дорого продавать, сочетая это правило с тремя простыми вещами — проницательностью, упорством и бережливостью» стала залогом успеха.

[/su_box]

Данный принцип был основной успешного бизнеса и применяется менеджерами во многих отраслях бизнеса до сих пор.

Грин тонко разбиралась в налоговом законодательстве США. В каждом штате были установлены свои требования и поправки. Не желая платить налоги, постоянно переезжала с места на место, проводила сделки в разных районах страны. С целью заставить платить налоги самую богатую женщину в 1913 году приняли 16 поправку к Конституции, которая устанавливала единые принципы взимания подоходного налога.

Уникальность жизни Гетти заключалась в том, что по масштабам своего бизнеса, она стояла на одной ступени с Морганом, Вандербильтом, Рокфеллером, но сделала это в эпоху, когда женщины исключались из бизнеса.

Умерла от инсульта в очередном споре за полцента с горничной в 1916-году в возрасте 80 лет. Ее состояние (что в пересчете на текущий момент, составляло около 4-х миллиардов долларов) разделили поровну между сыном Нэдом и бездетной дочерью Сильвией.

Нэд после смерти матери сразу женился и его первой покупкой был автомобиль. После того, как он вышел из под контроля матери, Нэд быстро тратил все деньги.

Читайте также:  Где находится мозг у паука

Гетти  Грин запомнилась своим аналитическим складом ума, умением прогнозировать финансовые взлеты и падения в экономике стран, аскетичным образом жизни и неимоверной жадностью.

Источник: https://equity.today/getti-grin.html

Гетти Грин — ведьма с Уолл-стрит

Согласно статистике, богачи — самые жадные люди. Например в США каждый четвертый миллионер предпочитает покупать туфли дешевле $100.

Что касается костюмов, то каждый десятый владелец крупного состояния стремится уложиться в $200. Половина из них принципиально не носят часы дороже $250, и лишь каждый третий миллионер ездит на машине моложе трех лет.

Вам покажется, что это всего лишь милые причуды богатых людей, но порою дело доходит до клинических случаев!

Генриетта Хаулэнд Робинсон родилась 21 ноября 1835 в городе Нью-Бедфорд, штат Массачусетс. Её родители — отец Эдвард Мотт Робинсон и мать Эбби Хаулэнд — принадлежавшие к Религиозному Обществу Друзей (квакеров), владели огромным китобойным промыслом и также получали гигантские прибыли за счет торговли.

С двухлетнего возраста Гетти воспитывалась в доме своего деда — Гидеона Хаулэнда. Под его влиянием и её отца, а также, вероятно, из-за того, что её мать постоянно болела, она увлеклась бизнесом и начала читать финансовые газеты в 6 летнем возрасте. Когда Гетти исполнилось 13 лет, она стала семейным бухгалтером. В 15 лет она поступила в школу в Бостоне.

Ее формальное образование ограничилось суровой религиозной школой для детей квакеров на Кейп Коде и несколькими годами училища в Бостоне для девушек из привилегированных семей. Главным же учителем жизни для нее оставался отец, образец бизнесмена.

И хотя его тиранический характер привел к тому, что Эбби с дочерью переехала жить в дом сестры, Гетти, пропуская мимо ушей шпильки тети Сильвии в адрес отца, продолжала быть его «хвостиком ». С годами «хвостик» превратился в миловидную девушку, считавшуюся самой богатой бедфордской невестой.

Поначалу женихи не заставили себя ждать, но вскоре число их поубавилось. Озадачивал даже не настороженный взгляд Гетти Робинсон, видешей в них (и не без основания) лишь охотников за чужим богатством, а ее бедная, похожая на сиротскую, одежда и застиранное платье, старые туфли со стоптанными каблуками и даже непарные, спущенные на щиколотки носки.

И еще охлаждали жениховский пыл слухи о ее неимоверной бережливости. Редкие домашние приемы у Гетти были постоянной темой городских сплетен. Говорили, что она тушила праздничные восковые свечи из спермацета кашалотов (дорогостоящий фирменный продукт) еще до ухода последнего гостя, а на следующий день продавала их недогоревшие останки.

Использованные столовые салфетки, если на них не было явственных пятен. Гетти вспрыскивала водой, проглаживала утюгом и снова пускала в ход. Как-то раз отец разрешил ей поехать на зиму в Нью-Йорк для первых шагов в свете, поручив заботам тамошней родственницы и снабдив тысячью долларов для прибретения подобающей одежды.

Вскоре дочь вернулась домой в том же платье в котором уезжала. На отцовский вопрос последовал радостный ответ: «Я вложила деньги в банковские акции». И Гетти прижала к груди драгоценный пакет.

Между тем пик доходов от китобойного промысла был пройден. Нефтепродукты из России и Румынии начинают заполнять рынок, и вслед за ними в домах американцев загораются вместо свечей керосиновые лампы. Уже ничто не задерживало Эдварда Робинсона в Бедфорде. В 1860 году в возрасте пятидесяти лет умерла жена, никогда не отличавшаяся отменным здоровьем.

И он переезжает в Нью-Йорк вместе со своим миллионным состоянием и намерением его расширить (просим учитывать, что тогда доллар «весил» раз в 20 больше, чем сейчас — ред.). Гетти — рядом с ним, готовая в любой момент встать на пути повторной женитьбы.

Не забывает она время от времени и посещать тетю Сильвию, чтобы напомнить угасающей старой деве о любящей племяннице.

Однажды ее познакомили с немолодым уже джентельменом, которого звали Генри Грин. За его плечами была нео6ычная, полная приключений жизнь. Он был родом из состоятельной вермонтскои семьи, предки которой восходили к английским пилигримам первой волны.

В роду американских Гринов были конгрессмены и судьи, а родной дядя пребывал мэром Бостона. Сам же Эдвард, говоривший на нескольких языках, в том числе китайском, объездил полмира.

На восемнадцать лет он задержался на Филиппинах, где и сделал немалое состояние на торговле шелком, чаем, табаком и гашишем. Знакомство с ним для Гетти произошло в непростое для нее время. В июне 1865 года скончался отец, сделав ее единственной наследницей своих миллионов.

Не успело улечься сложное чувство горечи от потери близкой души, замешанное на ощущении финансового комфорта, как через месяц пришло сообщение о смерти тети.

На похоронах Сильвин рядом с Гетти стоял и поддерживал ее Эдвард Грин. И эта поддержка была весьма кстати во время чтения завещания, и6о Гетти пошатнулась, услышав его. Все последние годы она была у6еждена.

что если не все тетушкино наследство (более двух миллионов), то по крайней мере львиная его часть достанется ей, единственной из остающихся в живых Хоулэндов.

Каков же был шок, когда в самом конце списка рядом с ее именем прозвучало « 65 тысяч долларов в качестве ежегодного дохода от образуемого коммерческого фонда».

Весь же основной наследственный капитал, поделенный на мелкие части, безвозвратно уходил в виде подарков третьестепенным родственникам, бедным городским вдовам, сиротам и просто знакомым. Удар был сильным, но не сокрушающим: через короткое время Гетти начала судебный процесс, ставший самым долгим и самым громким наследственным делом в истории страны.

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

В качестве доказательства своих прав она предъявила более раннее завещание, написанное ее рукой, но содержащее в конце подлинную (как она утверждала) подпись Сильвии.

[/su_box]

Понятно, что в нем все наследство без изъятия передавалось племяннице и еще содержался настораживающий пункт, по которому не допускалось иное волеизъявление без согласования с главной наследницей.

Обе стороны были представлены выдающимися адвокатами, к делу привлекли знаменитых графологов, исследовавших с применением новейших научных методов подлинность подписи на спорном документе.

В июле 1867 года, в самый разгар судебной тяжбы Генриетта Робинсона 32-х лет, и Эдвард Грин, 44-х лет, обвенчались.

Священник, скрепивший их союз традиционными богоугодными словами, и не подозревал, что в сумочке у невесты лежит брачный договор, по которому жених навсегда отказывается от какой-либо собственности невесты.

А вскоре молодожены на восемь лет покинули Америку, направившись в Лондон, оставив полдюжины адвокатов продолжать схватку.

Этому браку и отъезду предшествовало предварительное заключение судебных экспертов о поддельности подписи завещательницы, выполненной с виртуозным подражанием. Настолько виртуозным, что начертание каждой буквы до последней черточки полностью совпало с контрольным образцом. В воздухе запахло судебным преследованием за фальсификацию доказательств и лжесвидетельство.

Многочисленные получатели наследства, ответчики по делу, расценили и свадьбу и отъезд, как продуманный способ бегства.

Возможно это было и так, но процесс длился еще несколько лет, и только в 1871 году он закончился соломоновым решением: в иске отказать, выплатить заявительнице 660 тысяч, которые являлись прибылью от завещательного фонда, « набежавшей » за шесть лет судебного разбирательства.

Известие об окончании дела пришло в Лондон, когда у Гринов все складывалось вполне успешно. Эдвард энергично инвестировал собственный миллион, возглавляя правления трех лондонских 6анков.

Все расходы оплачивались из денег супруга, и поэтому Гетти не возражала, что в качестве семейной резиденции был выбран самый роскошный столичный отель, в котором останавливались Марк Твен и миллиардер Эндрю Карнеги.

Здесь и родились двое их детей : первенец Нэд и дочь, названная Сильвией в качестве знака недругам о своей родственной привязанности к памяти несчастной тети.

Заботясь о малышах, Гетти не забывала и о земных страстях: ловкая спекуляция на разнице в цене американских «зелененьких» и фунтов стерлингов заметно пополняла ее и без того тяжелую «копилку» .Лондонский период стал самым благополучным в ее суматошной жизни. В 1875 году четверо Гринов вернулись в США.

Причин было несколько: крупная финансовая паника, разразившаяся за два года до этого на биржах мировых столиц; юристы дали знать , что срок давности по делам о лжесвидетельстве истек; и , наконец, не в последнюю очередь — просто заурядная ностальгия.

Семья поселилась в Нью-Йорке, заняв на сей раз самый дешевый номер в самом дешевом отеле. Эдвард, будучи, в отличие от жены, рисковым финансовым игроком, стал поспешно вкладывать свои капиталы в акции многих компаниий, и на первых порах преуспел. Всего десятилетие спустя, после цепочки непродуманных шагов, удачливый некогда дальневосточный негоциант объявил себя банкротом. Могла ли Гетти погасить его долги? Разумеется, да. Но не пошевелила и пальцем. Ведь они еще перед венцом договорились: «денежки врозь », не так ли?

Само ее имя было уже неразделимо с Уолл-стритом. Пройдошистые брокеры фондовой биржи не упускали из виду ее колоритную фигуру, зная. что акции, купленные Генриеттой Грин, завтра подскочат в цене. Прежде, чем их приобрести она тщательно изучала всю подноготную фирм. и лишь зная о них не меньше владельцев, покупала.

Ее главными интересами долго оставались два : стремительно растущая сеть железных дорог и городская недвижимость. География этих приобретений охватывала всю страну. Где только не приобретала она землю: Нью-Йорк, Канзас, Чикаго, Сан- Франциско. . .

После ее смерти выяснится, что миссис Грин владела в десятке штатов более, чем восемью тысячами участками и домами, построенными на них. Существовала еще одна неистовая страсть, в реализации которой Гетти достигла филигранного искусства — ростовщичество.

Куда там литературным Гобсекам в бальзаковской Франции или старухам-процентщицам в Петербурге Достоевского! Живая и полнокровная их младшая заокеанская «коллега» могла бы преподать им высшую школу мастерства. Ее метод был неуязвим и по-своему честен: никогда не отпугивать должников высоким возвратным процентом, даже в периоды тяжелых биржевых кризисов.

Тогда-то расчетливый кредитор будет всегда в выигрыше. В одном из интервью она лаконично сформулировала свое финансовое кредо: «Следует всегда дешево покупать, дорого продавать, сочетая это правило с тремя простыми вещами — проницательностью, упорством и бережливостью».

Что касается первых двух, то это была святая правда, а вот лукавым словом «бережливость» Гетти прикрывала свою, ставшую легендарной, скупость, благодаря которой она стала героиней не столько финансовых новостей, сколько скандальной хроники.

Владелица сотен домов, она никогда в жизни не имела собственного, предпочитая третьеразрядные гостиницы, позднее — маленькие квартиры, зачастую без дорогой горячей воды. Было замечено такое, например, экстравагантное занятие миллионерши: стирку она производила в бадье у себя в номере, затем связывала влажные предметы и через окно выбрасывала их на лужайку.

Потом спускалась по лестнице и раскладывала белье на траве для сушки. Если же она и нанимала прачку, то настаивала, чтобы та стирала юбку не целиком, а лишь низ подола , касающийся пола и тротуара.Что6ы показать детям в действии свой любимый девиз «сэкономить цент-означает заработать его», она всегда брала их с собой в магазин на еженедельную закупку, каждый раз повергая Нэда и Сильвию в невероятное смущение. Ее дружно ненавидели и продавцы и покупатели. Гетти могла без устали торговаться по поводу цен, а в поисках вчерашнего хлеба долго перебирать руками продукты, тогда еще незащищенные индивидуальной упаковкой.

Прочитав газеты с биржевыми соо6щениями, она посылала сына продать их снова. Если не давалось, она им находила применение: в зимнюю погоду нарезанные страницы подкладывались под уличную одежду членов семьи, создавая иллюзию тепла и реальность экономии на сезонной экипировке.

Когда в аптеке фармацевт сообщал ей, что лекарство стоит пять центов, а пузырек к нему столько же, Гетти неизменно шла домой и возвращалась с собственной «посудой».

Стойкую неприязнь она распространяла на две категории профессионалов: врачей и налоговых инспекторов, делая все возможное, что6ы свести к минимуму общение с первыми и вообще исключив его со вторыми.

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

Однажды скаредность обернулась несчастьем, разрушившим жизнь сына. В редкую для Нью-Йорка снежную зиму одиннадцатилетнему Нэду были куплены санки. Осчастливленный мальчик, о6ычно закомплексованный, вихрем покатился с горки и… санки перевернулись, падение, тяжелейшая травма ноги. Надев на сына и на себя самые ветхие из возможных одеяний, Гетти направилась на поиски врача.

[/su_box]

Она полагала, что нищенский вид смягчит сердца ненавистных лекарей-стяжателей и они окажут помощь бесплатно. Не тут-то было. Подвела пресса, точнее собственная популярность: врачи ее узнавали и с гневом отказывались от подобного волонтерства. Гетти решила, что и домашние средства будут хороши. Боли с годами только усиливались.

Читайте также:  Где находится шахматная деревня

Запущенная болезнь вскоре привела юношу к ампутации ноги выше колена. Была ли она матерью-чудовищем? Нет, пожалуй. Гетти Грин была просто чудовищно скупа.
К началу 80-х годов ее брак фактически распался. Вплоть до смерти Эдварда в 1902 году в полном безденежье, супруги жили врозь, вместе их никто не видел и многие ньюйоркцы даже полагали, что Гетти давно вдова.

Нэд, с которого была взята клятва не женится в ближайшие двадцать лет, 6ыл направлен ею в Чикаго, а затем в Техас, центры ее финансовых интересов. Мать, положив ему жалованье в несколько долларов в день (ее собственный доход составлял 5 миллионов в год) требовала от сына неусыпной активности и отчетности. Костыли и пробковый протез во внимание не принимались.

Сама Гетти жила только с безмолвной дочерью, близорукой и неуклюжей. Причиной неуклюжести была не стеснительность, а природный дефект ступни, но после случая с братом Сильвия и помышлять не смела о помощи медицины .Она безропотно следовала за матерью из одной квартиры в другую, которые та меняла в небезуспешных попытках скрыться от бдительности Налогового Управления.

В те времена законодательство о налогах в США было запутанным и противоречивым с существенными отличиями в разных штатах. Как же этим было не воспользоваться миллионерше для которой была невыносимой сама мысль отдать государству что-нибудь «просто так»? К слову говоря, всю свою долгую жизнь она не совершила ни единого акта благотворительности.

Поскольку в Нью-Йорке ставки налогов были одни из самых высоких в стране, Гетти выбрала для кочевого бытия район Хобокен в соседнем штате Нью-Джерси. Тяжелым сюрпризом для нее стала 16-ая Поправка к Конституции, принятая Конгрессом в 1913 году и устанавливающая единый и жесткий порядок взымания подоходного налога.

При обсуждении парламентариями этой поправки под куполом Капитолия неоднократно звучало имя миссис Грин в качестве образца неплательщицы, корыстно использующей несовершенство закона.

Стареющую Гетти никогда не оставлял страх покушения и к редким знакомым она приходила с собственной едой и даже спиртовой горелкой для варки яиц. Получив лицензию на ношение оружия, никогда не расставалась с ним.

Утро у нее начиналось с того, что распихав по потайным карманам деньги, пакет с сухой овсяной кашей и револьвер, она отправлялась к парому через Гудзон, а затем пешком к Национальному банку, где вы, читатель, и повстречались с ней в начале очерка. Городским транспортом она предпочитала не пользоваться.

Появившиеся автомобили, как и любые предметы роскоши, отвергала, приговаривая: «Иисусу Христу было достаточно для перемещения осла». Именно в момент ее утреннего прохода «на службу» объектив фотографа и схватил необычный облик этой женщины: черный глухой плащ, шляпа со вдовьей вуалью, злое старушечье лицо и резкую, отнюдь не старческую походку.

То ли этот отталкивающий вид, то ли постоянные слухи о странных, неординарных поступках послужили появлению ее газетной клички «ведьма Уолл-Стрита». Хотя при ином раскладе внешних и поведенческих признаков, она вполне могла бы называться «королевой» .

Каждый день в полдень Гетти поднималась из-за стола и шла в соседний офис знакомого 6рокера. Здесь с утра в котелке на батарее отопления подогревалась ее овсянка, которая по ее обственным словам «придавала силы в постоянных сражениях с волками Уолл-Стрита».

Правда, силы уже были на исходе. А тут еще «некстати» вышла замуж великовозрастная Сильвия. Ее мужем стал аристократ Мэттью Астор Уилкс, малосостоятельный потомок знаменитых богачей Асторов.

Разница в возрасте молодоженов была тридцать лет, и теща, почти сверстником которой был зять, называла его за глаза не иначе, как «старый подагрик». И снова, как сорок лет назад, на свадебной церемонии Гетти держала в руках сумочку со свежим документом .

На сей раз это было только что подписанное женихом соглашение об отказе от невестиного имущества.

Спустя семь лет, в 1916 году Гетти умерла от сердечного приступа. Ей был 81 год. Двое детей унаследовали ее состояние, равное головокружительной сумме — сто миллионов долларов (более 2 миллиардов по нынешним деньгам — ред.).

Нэд довольно быстро растратил свою часть, вырвавшись из под материнского пресса.

Бездетная Сильвия посвятила себя щедрой благотворительности, не забыв, вероятно милосердное завещание своей провинциальной двоюродной бабушки и одновременно тезки.

Во всех изданиях книги рекордов Гиннесса, тщательно фиксирующей «самое-самое», в разделе «Богатство» и сегодня можно увидеть фотографию Генриетты Грин с подписью: «величайшая в мире скряга».

Источник: https://i-fakt.ru/getti-grin-vedma-s-uoll-strit/

Ведьма с Уолл-стрит

Генриетта Грин, или «Ведьма с Уолл-стрит», — один из самых одиозных персонажей сразу двух столетий, поскольку пожить она успела и в XIX, и в XX веке, получив звание самой богатой и одновременно самой скупой женщины на свете. Во всех изданиях книги рекордов Гиннесса, тщательно фиксирующей «самое-самое», в разделе «Богатство» и сегодня можно увидеть фотографию Генриетты Грин с подписью: «Величайшая в мире скряга».

Генриетта Хаулэнд Робинсон родилась 21 ноября 1835 в городе Нью-Бедфорд, штат Массачусетс. Её родители — отец Эдвард Мотт Робинсон и мать Эбби Хаулэнд, принадлежавшие к Религиозному Обществу Друзей (квакеров), владели огромным китобойным промыслом, а также получали гигантские прибыли за счёт торговли.

С двухлетнего возраста Гетти воспитывалась в доме своего деда — Гидеона Хаулэнда, который был успешным предпринимателем и редкостным занудой. Под влиянием деда и отца, а также, вероятно, из-за того, что её мать постоянно болела, девочка вместо сказок на ночь читала финансовые газеты, а уже в 13 лет могла весьма ловко заниматься бухгалтерией семейного бизнеса.

Формальное образование Гетти ограничилось религиозной школой для детей квакеров на Кейп Коде и несколькими годами училища в Бостоне для девушек из привилегированных семей, куда она поступила в 15 лет.

С годами Гетти превратилась в миловидную девушку, считавшуюся самой богатой бедфордской невестой. Поначалу она пользовалась вниманием женихов, но постепенно их становилось всё меньше. Многих озадачивала её бедная, похожая на сиротскую, одежда — застиранное платье, старые туфли со стоптанными каблуками и даже непарные, спущенные на щиколотки носки.

Жениховский пыл охлаждали и слухи о неимоверной бережливости Гетти Робинсон. Говорили, что она тушила праздничные восковые свечи из спермацета кашалотов ещё до ухода последнего гостя, а на следующий день продавала огарки. Использованные столовые салфетки, если на них не было явственных пятен, Гетти вспрыскивала водой, проглаживала утюгом и снова пускала в ход.

Отец умер, когда Генриетте было 30 лет. Она стала наследницей огромного состояния — 7,5 миллионов долларов (107 млн долларов в перерасчёте на 2010 год) и сразу же инвестировала деньги в облигации военных займов Гражданской войны в Америке.

Спустя некоторое время Гетти вышла замуж за миллионера Эдварда Грина, за плечами которого была необычная, полная приключений жизнь. Он был старше Гетти на 13 лет и сделал немалое состояние на торговле шёлком, чаем, табаком и гашишем на Филиппинах. Ещё до бракосочетания был подписан контракт, согласно которому муж не имел прав на имущество жены.

В браке Генриетта родила двоих детей — Нэда и Сильвию. Но главной любовью Гетти были не муж и даже не дети, больше всего она обожала своё состояние, которое старательно приумножала. Лучше всего ей удавалось зарабатывать на инвестициях, так как она обладала удивительным чутьём на выгодные вложения.

Например, после Гражданской войны она скупила банкноты, выпущенные Национальным банком США. Предприниматели боялись иметь дело с этими деньгами, но Гетти была не из пугливых и в итоге заработала на этой сделке 1,25 миллионов долларов.

В отличие от жены, Эдвард был рисковым финансовым игроком и вкладывал свои капиталы в акции многих компаний. На первых порах он преуспевал, но после цепочки непродуманных шагов объявил себя банкротом.

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

Гетти могла погасить его долги, но не пошевелила и пальцем, ведь они еще перед венцом договорились: «Денежки врозь». Эдвард покинул их дом, вместе супругов никто не видел и многие ньюйоркцы даже полагали, что Гетти давно вдова. Эдвард умер в 1902 году в полном безденежье.

[/su_box]

Имя Генриетты Грин было уже неразделимо с Уолл-стритом. Она скупала ценные бумаги самых перспективных компаний, инвестировала государственные проекты, кредитовала одни банки и простым закрытием своих счетов разоряла другие.

После Великой биржевой паники 1907 года Гетти Грин оказалась единственным финансистом на Уолл-Стрит со свободными капиталами, что позволило ей опутать долговыми обязательствами практически всех крупнейших трейдеров и биржевых игроков.

Больше всего её интересовали стремительно растущая сеть железных дорог и городская недвижимость. Она приобретала землю по всей стране: Нью-Йорк, Канзас, Чикаго, Сан-Франциско. После ее смерти выяснилось, что миссис Грин владела в десятке штатов более, чем 8 000 участками и домами, построенными на них. Её финансовое кредо было таким:

Под словом «бережливость» Гетти подразумевала свою скупость, из-за которой она нередко становилась героиней скандальной хроники. Владелица сотен домов, она никогда в жизни не имела собственного, предпочитая третьеразрядные гостиницы, позднее — маленькие квартиры, зачастую без дорогой горячей воды.

Существует множество историй о её невероятной страсти к экономии, с возрастом приобретавшей всё более патологические формы.

Например, было замечено такое экстравагантное занятие миллионерши: стирку она производила в бадье у себя в номере, затем связывала влажные предметы и через окно выбрасывала их на лужайку. Потом спустившись по лестнице, раскладывала белье на траве для сушки.

Если же она и нанимала прачку, то настаивала, чтобы та стирала юбку не целиком, а лишь низ подола, касающийся пола и тротуара.

Чтобы показать детям в действии свой любимый девиз: «Сэкономить цент — означает заработать его», она всегда брала их с собой в магазин на еженедельную закупку, каждый раз повергая Нэда и Сильвию в невероятное смущение. Её дружно ненавидели и продавцы, и покупатели. Гетти могла без устали торговаться по поводу цен, а в поисках вчерашнего хлеба — долго перебирать продукты.

Прочитав газеты с биржевыми сообщениями, она посылала сына продать их снова. Если не удавалось, она им находила применение: в зимнюю погоду нарезанные страницы подкладывались под уличную одежду членов семьи, создавая иллюзию тепла и реальность экономии на сезонной экипировке.

Когда в аптеке фармацевт сообщал ей, что лекарство стоит пять центов, а пузырек к нему — столько же, Гетти неизменно шла домой и возвращалась с собственной «посудой». Стойкую неприязнь она распространяла на две категории профессионалов: врачей и налоговых инспекторов, делая всё возможное, чтобы свести к минимуму общение с первыми и вообще исключить его со вторыми.

Однажды её скаредность обернулась несчастьем, разрушившим жизнь сына. В редкую для Нью-Йорка снежную зиму Нэд катался на санках и при падении получил тяжелейшую травму ноги. Надев на сына и на себя самые ветхие из возможных одеяний, Гетти направилась на поиски врача, полагая, что нищенский вид смягчит сердца ненавистных лекарей-стяжателей и они окажут помощь бесплатно.

Не тут-то было. Подвела пресса, точнее собственная популярность: врачи её узнавали и с гневом отказывались бесплатно лечить ребёнка. Гетти решила, что и домашние средства будут хороши. В итоге мальчику пришлось ампутировать ногу выше колена, заменив её недорогим протезом. Была ли она матерью-чудовищем? Нет, пожалуй. Гетти Грин была просто чудовищно скупа.

Впоследствии Нэд большую часть жизни за ничтожное жалованье (несколько долларов в день) работал на мать, которая требовала от него неусыпной активности и отчётности. Взяв с сына клятву не женится в ближайшие двадцать лет, Гетти направила его в Чикаго, а затем в Техас — центры её финансовых интересов.

Гетти жила только с безмолвной дочерью, близорукой и неуклюжей. Причиной неуклюжести была не стеснительность, а природный дефект ступни, но после случая с братом Сильвия и помышлять не смела о помощи медицины. Она безропотно следовала за матерью из одной квартиры в другую, которые та меняла в небезуспешных попытках скрыться от бдительности налогового управления.

В те времена налоговое законодательство в США было запутанным и противоречивым, имело существенные отличия в разных штатах, чем и пользовалась миллионерша, для которой была невыносимой сама мысль отдать государству что-нибудь «просто так». К слову говоря, за всю свою долгую жизнь она не совершила ни единого акта благотворительности.

Тяжелым сюрпризом для нее стала 16-ая Поправка к Конституции, принятая Конгрессом в 1913 году и устанавливающая единый и жесткий порядок взимания подоходного налога. При обсуждении парламентариями этой поправки под куполом Капитолия неоднократно звучало имя миссис Грин в качестве образца неплательщицы, корыстно использующей несовершенство закона.

Стареющую Гетти никогда не оставлял страх покушения, поэтому к редким знакомым она приходила с собственной едой и даже спиртовой горелкой для варки яиц. Получив лицензию на ношение оружия, она никогда не расставалась с ним.

Утро у нее начиналось с того, что распихав по потайным карманам деньги, пакет с сухой овсяной кашей и револьвер, она отправлялась к парому через Гудзон, а затем пешком к Национальному банку. Городским транспортом она предпочитала не пользоваться. Появившиеся автомобили, как и любые предметы роскоши, отвергала, приговаривая: «Иисусу Христу было достаточно для перемещения осла».

Ежедневно в полдень Гетти поднималась из-за стола и шла в соседний офис знакомого 6рокера. Там с утра в котелке на батарее отопления подогревалась ее овсянка, которая «придавала силы в постоянных сражениях с волками Уолл-Стрита». Правда, силы уже были на исходе.

Читайте также:  Декрет об отмене частного владения женщинами

То ли необычный облик этой женщины — черный глухой плащ, шляпа со вдовьей вуалью, злое старушечье лицо и резкая походка, то ли постоянные слухи о странных, неординарных поступках послужили появлению ее газетной клички «ведьма Уолл-Стрита».

Вскоре «некстати» вышла замуж великовозрастная дочь Сильвия. Ее мужем стал аристократ Мэттью Астор Уилкс — малосостоятельный потомок знаменитых богачей Асторов. Разница в возрасте молодоженов была тридцать лет, и теща, почти сверстником которой был зять, называла его за глаза не иначе, как «старый подагрик».

И снова, как сорок лет назад, на свадебной церемонии Гетти держала в руках сумочку со свежим документом — подписанным женихом соглашением об отказе от невестиного имущества. Спустя семь лет, в 1916 году Гетти умерла от сердечного приступа. Ей был 81 год.

Двое детей унаследовали ее состояние в сто миллионов долларов (в перерасчёте на 2014 год — 2,1-4,3 млрд долларов). Нэд довольно быстро растратил свою часть, вырвавшись из под материнского пресса. Бездетная Сильвия посвятила себя щедрой благотворительности.

Использованы материалы сайта i-fakt.ru

Другие статьи по теме:

Views All Time

2015

Views Today

17

Источник: https://mirtayn.ru/vedma-s-uoll-strit/

История самой жадной женщины в мире

Фото: Wikipedia

Ее за глаза называли «ведьмой с Уолл-стрит» и поражались ее скупости. Генриетта Хоуленд Гетти Грин навсегда вошла в историю как самая скупая женщина в мире.

Если бы маленькая Генриетта родилась в семье, едва сводившей концы с концами, ее стремление к накопительству и страсть к экономии можно было бы объяснить бедным детством.

Но девочка появилась на свет у весьма обеспеченных родителей. Правда, ее семейство принадлежало к протестантской религиозной группе квакеров, среди жизненных принципов которых были непритязательность в быту, одежде и еде.

Возможно, именно это и сказалось на ее дальнейшей жизни.

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

Юная Генриетта была весьма недурна собой, но потенциальные женихи недоумевали, почему девушка все время ходит в одном и том же платье, а на ногах у нее старые башмаки.

[/su_box]

Нездоровая бережливость касалась не только собственного внешнего облика: Генриетта после нечастых визитов гостей сразу тушила свечи (они были слишком дороги), а огарки на следующий день продавала.

Даже салфетки в доме девушки использовались несколько раз: бережливая хозяйка опрыскивала их водой и гладила.

И это при том, что после смерти отца она стала единственной обладательницей состояния в 7,5 миллионов долларов!

Выйдя замуж и став миссис Грин, Генриетта не поменяла отношения к жизни. Более того, она настояла на подписании брачного договора, согласно которому ее супруг не имел никаких прав на состояние своей жены.

Бедному жениху еще бы тогда впору было задуматься, но, вероятно, Эдвард Грин был ослеплен любовью. Генриетта же всегда имела ум весьма трезвый.

И даже когда муж разорился и наделал долгов, она не стала ему помогать, а просто выгнала его.

Конечно, от скупости Генриетты страдали и ее дети, дочь Сильвия и сын Нэд. Последний даже лишился ноги из-за непомерной жадности матери. Однажды, катаясь на санках, мальчик серьезно повредил ногу.

Мать привела его в больницу для бедных, посчитав уход и лечение в других слишком дорогими. Лечить мальчика в этой клинике отказались, сославшись на недостаток необходимых лекарств. Тогда Генриетта решила лечить сына дома.

Несколько лет ребенок страдал от болей в ноге, а в итоге конечность пришлось ампутировать.

Все это просто шокирует, ведь Генриетта являлась владелицей десятков гектаров земель, большого количества недвижимости, весьма преуспела в игре на бирже и занималась ростовщичеством. Но менять свой образ жизни миссис Грин не собиралась.

Генриетта скончалась в возрасте 81 года от сердечного приступа. Ее дети, Сильвия и Нэд, стали владельцами огромного состояния матери. На ее банковских счетах оказалось более 4 миллиардов долларов. Имя Генриетты Хоуленд Гетти Грин внесено в Книгу рекордов Гиннеса: она имеет «статус» самого скупого человека в мире.

Источник: https://weekend.rambler.ru/people/41025822-istoriya-samoy-zhadnoy-zhenschiny-v-mire/

Хетти Грин (Генриетта Гетти Грин) ведьма с Уолл-стрит, биография, история успеха, цитаты

Базовый принцип инвестирования «Покупай дешево, продавай дорого» был сформулирован в 19 веке этой дамой — Хетти Грин, имевшей неоднозначную репутацию и показательное прозвище Ведьма с Уолл-стрит.

Как допечь правительство США

В редком умении — заставить о себе думать правительство США — Хетти Грин преуспела. Именно благодаря ей было переработано налоговое законодательство страны. Когда-то каждый штат имел свои налоговые нормы, чем и пользовалась практичная Хетти, очень сильно не любившая делиться своими доходами с государством.

Но в результате противостояния миллионерши с налоговыми органами в 1913 году была принята 16-я поправка к Конституции США, установившая единый и жесткий принцип взимания подоходного налога по всей стране.

Более того, Хетти Грин до сих пор остается самой состоятельной женщиной в истории: по разным оценкам в современных деньгах ее состояние на момент смерти достигало от 2 до 4 трлн долларов.

В общем, ведьма как есть.

Как стать бухгалтером в 13 лет

Генриетта Хоуланд Робинсон родилась в 1834 году в США, городе Нью-Бедфорде штата Массачусетс, в семье квакеров. Ее отец Эдвард Робинсон владел китобойной флотилией — прибыльным по тем временам бизнесом.

Мать девочки была болезненной дамой, потому маленькая Генриетта проводила много времени с отцом и дедом. К пяти годам ее обучили грамоте, и отец просил девочку зачитывать биржевые новости из газет, так как был подслеповат.

Будущая гроза Уолл-стрит проявляла в обучении незаурядные способности, особенно в математике, и в подростковом возрасте уже помогала отцу вести бухгалтерию и участвовала в бизнесе.

В возрасте пятнадцати лет Хетти была отправлена на учебу в Бостонскою школу, но с учебой не задалось по причине непростого характера барышни. В итоге образование закончилось бухгалтерскими курсами и возвращением на семейное предприятие.

Китовый промысел был направлен в основном на добычу китового жира, или ворвани, который использовали для освещения в масляных лампах, как сырье для смазочных материалов и при обработке кож.

Примечательно, что именно ворвань использовалась для изготовления смазочных составов для автоматических коробок передач в автомобилях вплоть до 1960-х годов. В 1851-54 гг.

 в Америке началось промышленное производство керосина, поэтому китовый жир потерял привлекательность и бизнес этот довольно быстро сошел на нет.

В девятнадцать лет Хетти впервые проявляет характер и жилку инвестора.

Будучи отправленной отцом в Нью-Йорк для выходов в свет и снабженная на эти цели приличной суммой в 1200 долларов на наряды, Хетти вернулась в чем уехала, но с купленными на все деньги облигациями и прибылью от сделки в размере 100 долларов. После этого она продолжает трудиться на семейном предприятии, занимаясь и бухгалтерией, и развитием бизнеса, — довольно смелыми занятиями для женщины в те годы.

Как отбить стартовый капитал

В 1860 году умирает мать Хетти, оставив ей в наследство 8 тысяч долларов.

После этого отец принимает решение переехать в Нью-Йорк и заняться инвестициями в акции и драгоценные металлы, так как ищет новые возможности из-за того что китобойный бизнес теряет привлекательность.

А для Хетти открывается дивный мир фондовой биржи, о котором она давно мечтала. Она становится первой женщиной, которая появляется с отцом в стенах Нью-Йоркской биржи.

Однако довольно скоро, в 1865 году, отец Генриетты умирает, оставив барышне состояние около 5 млн долларов. Это вызывает вопросы у семейства Робинсонов, однако Хетти жестко дает понять, что оспорить завещание отца она не даст.

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

Получив в свое распоряжение отцовские миллионы, мисс Робинсон наконец может заняться любимым делом — инвестициями.

[/su_box]

На наследство она приобретает государственные военные облигации — в США только заканчивается Гражданская война, и новое правительство остро нуждается в деньгах.

Зачем нужен брак

Однако напомним, на дворе 19 век, и женщинам положено быть кисейными барышнями, а вовсе не торговать на бирже. Дамы тогда еще даже не имели права голоса.

Для получения необходимого общественного статуса и своеобразной ширмы для своей деятельности в 1867 году Генриетта выходит замуж за Эдварда Грина, состоятельного инвестиционного дельца с Уолл-стрит на двенадцать лет старше нее.

Свадьбе предшествует заключение брачного контракта, по которому мистер Грин не имеет никаких прав на средства жены.

Брак приходится на трудный для Генриетты период: как раз в разгаре находится еще один наследственный скандал в семье Робинсонов. Буквально вслед за отцом в мир иной уходит тетя Сильвия, довольно богатая старушка, на капиталы которой очень рассчитывала Генриетта.

Однако тетино завещание повергает ее в ярость: почти все деньги тетушка Сильвия отписывает на благотворительность, а родственникам завещает лишь небольшие суммы. Положенные по завещанию 65 долларов ежегодного дохода очень не устраивают Генриетту, ведь она рассчитывала получить два миллиона.

Поэтому она извлекает на свет божий некое новое завещание тетушки Сильвии, по которому все наследство положено Хетти, а все прочие версии завещаний объявляются несостоятельными. Новый документ вызывает так много вопросов в своей подлинности, что Хетти грозит обвинение в мошенничестве.

Не дожидаясь окончательного решения суда, Генриетта с новоиспеченным супругом спешно отчаливают в Лондон.

Хетти Грин (слева). Фото с сайта loc.gov

Немного Форекса

В Лондоне супруги Грин проводят восемь лет, там у них рождается сын Эдвард (Нед) и дочь Генриетта Сильвия. Однако Хетти не спешит погружаться в радости материнства и посвящает себя своей единственной страсти — зарабатыванию денег. Грин постоянно появляется с супругом на Лондонской фондовой бирже, фраппируя консервативное английское общество.

В те годы Генриетта увлекалась сделками с валютой. Грин правильно оценила потенциал американской экономики, восстанавливающейся после Гражданской войны, поверила в новый доллар и занялась спекуляциями на курсе пары фунт/доллар.

Принято считать, что именно на этом она заработала свои первые большие деньги — только за первый год ее доход от спекуляций составил 1,25 млн долларов. Прибыль Хетти вложила в облигации американских железнодорожных компаний — поднимающаяся экономика США требовала вливаний в транспортное сообщение.

В дальнейшем ж/д облигации были одним из самых любимых ее инструментов. В них же она вложила 600 тыс. долларов, которые в результате длительной тяжбы за тетино наследство получила в 1871 году.

Самая большая ошибка Хетти Грин также связана с ценными бумагами железнодорожных компаний и прямыми инвестициями в этот бизнес. К 1892 году в ее руках оказались более 100 миль железных дорог в Техасе на сумму не менее 10 млн долларов.

Однако эти участки входили в сферу интересов железнодорожного магната Хантингтона, который, в отличии от Хетти, обладал еще и административным ресурсом.

В итоге все спорные участки были переданы Хантингтону, а Хетти более никогда не занималась железными дорогами.

В 1875 году семейство Гринов возвращается в США и поселяется в имении Эдварда в штате Вермонт. Периодически супруги наведываются в Нью-Йорк по делам, занимаясь каждый своей инвестиционной деятельностью.

На фоне финансового кризиса 1885 года Эдвард Грин полностью обанкротился; более того, оказалось, что он хитрыми махинациями залез в деньги жены. Семейная жизнь супругов Грин на этом закончилась, Эдвард был выдворен из дома, а Хетти с детьми переехала в Нью-Йорк.

Все свои средства она вложила в Chemical Bank. И теперь уже начала заниматься инвестированием с размахом.

У Хетти Грин никогда не было своего офиса. В Chemical Bank ей предоставляли помещение, в котором она и вела дела. Там Грин на радиаторе разогревала овсянку, которую приносила с собой.

Дом Хетти Грин. Фото с сайта loc.gov

Кризис — это возможности

В приоритете у Грин по-прежнему был долговой рынок, хотя акциями она интересовалась тоже. Перед покупкой акций она досконально изучала финансовую отчетность предприятия и самостоятельно оценивала его потенциал. Вскоре Хетти для себя открыла рынок кредитования под залог недвижимости. И тут ее талант развернулся.

Она предпочитала земли и здания в быстрорастущих американских мегаполисах. В итоге Хетти стала владелицей целых кварталов в Чикаго и Нью-Йорке, а также тысяч земельных участков по всей стране. Звездным часом Хетти Грин стала банковская и биржевая паника 1907 года.

Резко упала ликвидность, обрушились ценные бумаги, остро требовались живые деньги. У Хетти всегда был свободный капитал для проведения операций, и вскоре ей остались должны почти все брокерские конторы Нью-Йорка. Администрация города обратилась к ней за займом в 1 млн долларов под залог гособлигаций.

А Хетти начала выкупать закладные бумаги по всей стране. Все это увеличивало ее состояние в геометрической прогрессии.

[su_box title=»Важно!» style=»glass» box_color=»#c44″ radius=»5″]

Все операции Хетти производила самолично, и точный размер ее состояния не знал никто. После своей смерти в 1916 году она оставила детям, по разных оценкам, от 100 до 200 млн долларов. Однако впрок ее накопительство не пошло — дети не смогли распорядиться ее капиталом.

[/su_box]

Хетти Грин числится в книге рекордов Гиннеса как «самая скупая женщина в истории». При сказочном богатстве Генриетта отличалась жадностью и скупостью, ставшими легендарными.

У нее никогда не было своего транспортного средства и своего дома — только дешевое съемное жилье; она не имела зимней одежды — утеплялась подложенными под обычную одежду газетами; не пользовалась горячей водой — ведь это дорого; не гнушалась сама заниматься стиркой и искать самые дешевые продукты в городе.

Инвестиционные принципы Хетти Грин

Свои принципы Хети сформулировала в одном из интервью: «Покупай дешево, продавай дорого, будь проницательным, упорным и бережливым».

Покупать дешево и продавать дорого Хетти начала еще на заре своей инвесторской деятельности — с американских военных облигаций; потом удачно покупала дешевый американский доллар, и добрая часть ее земельных угодий была обретена по дешевке. Еще один важнейший козырь Хетти — наличие свободного капитала.

Это всегда давало ей и свободу маневра, и возможность заниматься выгодным для себя кредитованием. Хетти всегда предпочитала финансовые операции с железобетонным обеспечением: долговые бумаги (лучше — с государственным обеспечением) и закладные на недвижимость.

Когда же миссис Грин решалась на более рискованные инвестиции — например, в акции, — она досконально изучала компании. По свидетельству современников, она разбиралась в бизнесе покупаемых объектов не хуже хозяев. Когда Хетти сталкивалась с несистемными рисками, как в случае столкновения с железнодорожным магнатом Хантингтоном, она отказывалась от деятельности на таком поле.

Железная хватка, бронебойный характер и острый ум Генриетты сделал ее самой богатой женщиной в истории. Однако Хетти Грин наслаждаться этим богатством не умела. Стоили ли ее миллионы того, как она прожила свою жизнь? И того, как прожили жизнь ее близкие? Вероятно, для нее да.

Однако богатство ее растворилось довольно быстро после ее смерти. Возможно, поэтому многие знаменитые инвесторы стараются оставить после себя не только капиталы, но и нематериальное наследство: пишут книги, занимаются образованием и гуманитарными проектами.

Ведь простое накопление бездушно, а без души ничего не выживает. По крайней мере, на земле.

Джанет Валаш, автор книги The Richest Woman in America: Hetty Green in the Gilded Age. «То, чего она добилась, ставит ее рядом с Карнеги, Морганом, Вандербильтом и Рокфеллером. Ах да, и она это сделала в эпоху, когда женщины традиционно были исключены из бизнеса».

Хетти Грин. Фото с сайта loc.gov

Источник: https://journal.open-broker.ru/biographies/hetti-grin-pervaya-zhenshina-na-glavnoj-ulice/

Ссылка на основную публикацию